Как меняется жизнь после бариатрической операции
Ожирение – проблема, которая беспокоит врачей по всему миру. Россия не отстает от развитых стран, и сегодня в нашей стране каждый четвертый имеет лишний вес, а 30% страдают собственно ожирением.
Слишком большой избыточный вес приводит к различным хроническим заболеваниям – сахарному диабету, сонному апноэ, болезням позвоночника и суставов, нарушению половой функции и даже психологическим расстройствам. Когда ожирение становится болезненным (морбидным), врачи предлагают сделать операцию по уменьшению объема желудка, которая действительно помогает не только снизить вес, но и позволяет не набрать его вновь. Большинство считает, что такие операции просто уменьшают размер желудка, что не позволяет человеку много есть, но ученые обнаружили и множество других важных последствий для организма. Корреспондент New York Times Джина Колата год наблюдала за двумя американцами, решившимися на операцию, чтобы похудеть. В своей статье она рассказывает, что с ними произошло за это время и как изменилась их жизнь.
Лечение ожирения
Существуют три основных способа хирургического лечения ожирения – рукавная гастропластика (большая часть желудка – дно и тело – удаляются, остается только рукав, соединяющий пищевод и двенадцатиперстную кишку), шунтирование (в верхней части желудка создают небольшой резервуар, к которому подшивают петлю тонкой кишки, чтобы основной объем пищи шел в обход желудка) и бандажирование (на верхний отдел желудка накладывают бандаж, который сужает его и создает отдел объемом около 15 мл, быстро заполняющийся пищей).
Какое-то время самой популярной манипуляцией было бандажирование, но к настоящему времени хирурги в США практически отказались от него из-за менее постоянного, чем при других операциях, эффекта, и теперь на него приходятся менее 6% хирургических вмешательств против ожирения. «Сейчас самая частая операция с бандажом – это его удаление», – говорит хирург Медицинской школы Мичиганского университета Оливер Варбан. В зависимости от метода хирургическое лечение ожирения в России стоит 250–3500 тысяч рублей, в США значительно больше – $16 000–25 000.
Долгие годы хирурги считали, что эффект операций по борьбе с лишним весом наступает только потому, что после желудок физически способен вместить лишь малое количество пищи. Но пациенты сообщали, что в принципе перестают испытывать тягу к еде, а ее вкус для них меняется. Те, кто раньше не мог жить без сладкого, рассказывали, что стали равнодушны к нему и взамен полюбили салаты и стали чувствительнее к сладкому – их рецепторы во рту начали реагировать на меньшее количество сахарозы.
То же самое показали эксперименты с крысами, которых часто используют для изучения ожирения, так как они такие же сладкоежки и склонны к перееданию, как люди. Животные с ожирением после операции теряли вес, после чего он стабилизировался на меньшем уровне; даже когда грызунам предлагали неограниченный доступ к пище, они не выходили за рамки своего нового веса.
Кит и Джессика
Герои статьи New York Times – Джессика Шапиро и Кит Олежкович, которые в октябре 2015 года оказались на соседних операционных столах по одному и тому же поводу – в попытке похудеть. Студентка Джессика в свои 22 года при росте 160 см весила 134 кг и жила нелегкой жизнью. В самолете ей приходилось использовать специальный удлинитель ремня безопасности, потому что стандартной длины не хватало. Она не могла закинуть одну ногу на другую, страдала от кислотного рефлюкса и сонного апноэ, мужчины никогда не выказывали интереса к ней, а когда она приходила в парк развлечений, ее не пускали на некоторые аттракционы – она просто не помещалась. Каждый день так или иначе напоминал ей, насколько она большая. Джессика пробовала диеты, но они не помогали, – ее любовь к еде всегда оказывалась сильнее.
Сорокалетний программист Кит женат и имеет сына-подростка. При росте 175 см его вес достиг 171 кг. Проблемы со здоровьем давали о себе знать: ходить было тяжело, суставы болели, он не мог наклониться, чтобы завязать шнурки на собственных ботинках. Также у него было высокое кровяное давление, из-за которого он принимал лекарства, и апноэ, из-за которого ему приходилось использовать специальный аппарат для вентиляции легких во сне. Кит перепробовал несколько диет и терял на них 5–10–15 кг, но вес всегда неотвратимо возвращался.
Для обоих героев согласие на хирургические манипуляции было непростым шагом, но оба чувствовали, что больше им ничто не поможет. Бариатрические операции эффективны, но у них все равно есть негативные последствия. После них у пациентов развивается витаминная и минеральная недостаточность (а значит, придется принимать витамины и минералы до конца жизни), демпинг-синдром (слабость, тошнота, диарея, потливость после приема пищи, особенно сладкого), внутренние грыжи, есть и другие побочные эффекты.
После операции
За три месяца после операции, к январю 2016 года, Джессика потеряла почти 30 кг из более чем 130. Врачи на основании своих расчетов предсказали ей новый вес на уровне 81,5 кг, и, хотя Джессика была уверена, что сможет сбросить еще больше, специалисты качают головой: практически все пациенты надеются продолжить худеть, но правда в том, что ваш вес больше зависит от того, что мозг считает нормой, чем от ваших желаний. Сначала килограммы уходили быстро, потом процесс замедлился, но потеря все равно была ощутимой – девушке стало легче двигаться, она обнаружила, что у нее есть талия. Джессика перестала испытывать непреодолимое желание есть, как раньше – иногда она даже забывала принять пищу.
К июню Джессика сбросила 40 кг, ее самооценка немного выросла.
И все-таки, пишет Колата, в ее жизни изменилось на удивление мало. Каждый день ее новой жизни похож на прежние: она встает, идет в колледж или выполняет задания по учебе, в выходные побольше спит, смотрит телевизор или допоздна читает. «Перемены недостаточно кардинальные, – оправдывается она. – Я все еще вижу жир, когда смотрю на себя».
Кит, которому прогнозировали новый вес на уровне 104 кг, к январю потерял 36 кг из 171, а к июню (через восемь месяцев после операции) – уже 42 кг. С ними ушел храп и нормализовалось давление. Вдобавок к объему талии (он начал покупать штаны на 10 размеров меньше) немного уменьшился и размер ноги. Спина, ноги и колени перестали болеть, он стал подвижнее, отношения с женой улучшились, а люди на улицах перестали глазеть на него. Привычки в отношении еды тоже изменились: раньше он обожал пиццу и бургеры – сейчас они кажутся ему слишком жирными и невкусными. Но несмотря на все это, и он до сих пор видит в себе толстяка и стесняется своего тела.
Новый вес – новая жизнь?
Когда хирурги в Мичигане собрали около сотни своих бариатрических пациентов через год после операции и спросили их, как изменилась их жизнь, ответы оказались менее восторженными, чем можно было ожидать. Люди много говорили об изменениях в отношениях с близкими: кто-то развелся, чьим-то партнерам не нравилось, как они выглядели, чьи-то остались полными и завидовали, кто-то слышал упреки вроде: «Ты не тот человек, за которого я вышла замуж». Некоторые из прошедших операцию так и не начали нравиться самим себе – для кого-то потеря веса была недостаточной, кто-то был разочарован морщинистыми складками кожи, которые появились на месте толстых животов, боков, ног и рук.
Однако в то же время пациенты взахлеб рассказывали о том, какими энергичными стали, как хорошо, когда меньше устаешь, ноги и спина не болят и не надо больше принимать лекарства от диабета или повышенного давления.
Джессика и Кит тоже были в смешанных чувствах. После операции Кит похудел до 129 кг, но так и не добрался до предсказанных врачом 104 кг. Он стал гораздо более подвижным и некоторые старые знакомые не узнавали его в новом теле, и все же он по-прежнему чувствует себя большим. «Я думал, что весь мой вес уйдет, – жалуется он. – Я хотел весить 104, я надеялся». Что важнее, он скучает по тому удовольствию, которое раньше получал от еды.
Джессика потеряла более 50 кг и теперь весит почти столько, сколько ей обещали; с помощью диет она хочет избавиться еще от 15–20 кг, а затем сделать пластическую операцию, чтобы убрать излишки кожи с тела. В отличие от Кита, она удовлетворена тем, что ее гастрономические вкусы изменились: «Я думала, что гораздо больше буду скорбеть по своим отношениям с едой», – говорит она. За год, прошедший после шунтирования желудка, Джессика поняла, что ожирение раньше было для нее оправданием, чтобы никак не менять свою жизнь; сейчас оно ушло, и она планирует пойти в колледж. Она по-прежнему кажется себе «самой большой, куда бы ни пошла», но у нее прошел кислотный рефлюкс и появилось достаточно уверенности в себе, чтобы купить велосипед. Несмотря на разочарование тем, что ее жизнь не стала иной, у нее есть и победы: раньше, когда она приходила в парк развлечений, ее не пускали не некоторые аттракционы из-за лишнего объема. Теперь она помещается на сиденье – как все.
